Каким должен быть музей для современного дальневосточника?

Каким должен быть музей для современного дальневосточника?

О том, какие впечатления приводят людей в музеи, журнал «Дальневосточный капитал» спросил своих читателей.

Наталия ПИГАРЕВА, телерадиоведущая, писатель:

- Знакомство с музеями входит в мою обязательную программу при посещении любого нового города, поскольку это всегда интересно и разнопланово подает историю территории. При этом я с удовольствием знакомлюсь и с местными музеями. Несмотря на то, что я родилась и выросла на Камчатке, далеко не все уголки нашего полуострова я еще объездила. И когда у меня бывает возможность посетить тот или иной населенный пункт, я стараюсь наведаться и в музей.

На мой взгляд, музеи - это страницы истории, собранные в своеобразные книги, которые рассказывают об интересных и важных моментах жизни людей. И становятся таким же предметом споров, как и библиотеки, стремясь найти ответ на вопрос, для чего они нужны современному человеку. Но, как и бумажные книги, музеи сегодня не теряют своей целевой аудитории и тщательно хранят истории, которыми можно заинтересоваться и искренне восхититься. Причем, это касается не только общего культурного наследия, но и «местного»: например, истории предприятий. Именно благодаря таким музеям, новичок, пришедший в компанию, может познакомиться с ее истоками, ценностями, окунуться в атмосферу. Такой же интерес вызывают и музеи, посвященные конкретным профессиям. Мне, как журналисту, было интересно посетить после реконструкции Останкинскую телебашню и отследить с помощью экспонатов ее музея историю телевидения от его рождения до цифрового вещания. Подобные экспозиции пробуждают интерес аудитории и в краеведческих музеях. Например, в прошлом году музей Петропавловска-Камчатского посвятил выставку истории радио Камчатки, где были представлены, в том числе, и мои работы. Я тогда шутила, что меня сдали в музей, и с удовольствием посетила эту экспозицию.

Я никогда не поверю в то, что музеи умрут и перестанут быть нужными следующим поколениям. Они должны существовать и сохранять прошлое, но я бы пожелала таким учреждениям идти в ногу со временем. Сегодня это означает добавление интерактива - возможности для посетителя окунуться в историю. То есть потрогать что-то руками, продегустировать или даже переодеться шаманом и постучать в бубен, как это делают гости этнического стойбища «Кайныран» на Камчатке. У человека должна быть возможность не просто посмотреть на экспонаты, но и перенять музейную культуру через уникальный опыт.

Эдгар АЛЕКСАНЯН, председатель клуба IT-директоров Дальнего Востока, директор IT-департамента ООО «Шамса-Холдинг»:

- Я нечасто посещаю музеи, так как мой интерес к таким выставочным пространствам достаточно конкретен. Например, я с удовольствием побывал в музее Ferrari в Италии, поскольку являюсь фанатом этой марки. И если бы мне пришлось выбирать между музеем информационных технологий в Калифорнии и музеями Греции или Египта, я бы выбрал информационные технологии, поскольку они связаны с моим профессиональным интересом. Впрочем, это в моих глазах нисколько не отменяет значимости наследия древних империй.

Я считаю, что музеи, какое бы прошлое они ни представляли - общенациональное или конкретного производства - необходимы, поскольку они могут подарить живые эмоции. Можно посмотреть на экспонаты «в цифре», и такая информация должна быть в общем доступе. При этом посещение музейного пространства сродни концерту любимой группы - хорошо познакомиться с ее творчеством в Сети, но реальные эмоции можно испытать только во время живого исполнения, которые в «онлайн» не пережить. Но для того, чтобы такие эмоции были по-настоящему живыми в музеях, необходимо добавлять больше взаимодействия с аудиторией. Физика экспонатов, дополнительные эффекты: все это создает сопричастность посетителей и вызывает живой отклик. Благодаря этому, информация, представленная музеями, будет усваиваться в разы быстрее, ведь современные люди уже привыкли к интерактивному вовлечению».

Алексей ОМЕЛЬЯНЧУК, генеральный директор ЗАО «АКО-Холдинг»:

- Музеи были всегда, и на мой взгляд, сохранятся еще многие поколения, ведь они могут идти в ногу со временем и меняться. Сегодня самым перспективным форматом музея является выстраивание экспозиции вокруг основного экспоната - уникального во всех отношениях и узнаваемого. Например, при посещении Лувра я целенаправленно шел к Моне Лизе. И в этом гигантском музее расположены таблички, которые ведут к этой картине тысячи таких же посетителей, как я. Другие экспозиции этого известного учреждения я посмотрел по ходу движения, получив уникальный опыт и впечатления. И такая схема работает в музеях любого масштаба.

Так, если во Владивосток привозят яйца Фаберже, все жители отправятся их смотреть на любую выставочную площадку, поскольку это раскрученное и известное имя великого ювелира, а все остальные экспонаты будут просмотрены «за компанию», по ходу движения к основной цели. Аналогичный ажиотаж вызовут мечи короля Артура или другой известной личности, в то время как такой же меч без имени знаменитого носителя окажется на задворках внимания посетителя и вряд ли привлечет в музей большую аудиторию.

Не очень интересно смотреть и на копья и наконечники стрел древних империй. По большому счету, посмотрев такие экспонаты один раз, возвращаться к ним не хочется ни в одном музее мира. А вот музеи, связанные с технологическим прогрессом более близки современному человеку - будь то музей автомотостарины, либо музей космонавтики, кино или сотовых телефонов. Здесь действительно можно проследить эволюцию техники, в то время как колесо в XIII веке для обывателя мало отличается от колеса XVII века. И на мой взгляд, музеи современной истории будут только множиться, предлагать необычные форматы взаимодействия с аудиторией и с каждым годом завоевывать все большую популярность.

Для современного человека важную роль в восприятии музеев играет и кинематограф. Например, известная картина «Ночь в музее» с Беном Стиллером в главной роли прославила Музей естественной истории в Нью-Йорке, и учреждение ежедневно открывает свои двери целой толпе посетителей, которая заполняет все его огромное пространство. Влияние героев фильмов на музейную сферу может быть и не столь прямым - через персонажей кино транслируются имена великих художников, скульпторов, чьи работы в дальнейшем становятся центром экспозиций всемирно известных учреждений. Например, ребенок, выросший на мультиках о черепашках-ниндзя будет с особым вниманием воспринимать творчество людей, в честь которых были названы рисованные герои.

Андрей УРБАНОВСКИЙ, фотограф:

- Я хожу в музеи потому, что в них попадает то, мимо чего пройдешь или даже не встретишь в повседневной жизни. С удовольствием посещаю не только музеи других городов, но и местные. На мой взгляд, во Владивостоке самая приятнае площадка - это филиал музея имени Арсеньева возле театра Горького. Там проходят самые лучшие выставки, где можно в любую сторону направить камеру, нажать на затвор и получить хорошую фотографию. В других музейных учреждениях с этим уже сложнее.

В музеи давно уже хочется ходить не только для того, чтобы просто посмотреть на экспонаты, но и для того, чтобы что-то потрогать, понюхать, послушать, может быть даже во что-то поиграть. И во Владивостоке с этим справляются только обозначенный мной ранее филиал музея имени Арсеньева и центр современного искусства «Заря». Остальные же предлагают своим посетителям своего рода 3D фотографии, которые можно и так рассмотреть в Сети. И как мне кажется, творческое будущее есть только у маленьких музеев и очень больших, поскольку у первых остается только творческий подход для привлечения своей аудитории, а последние могут работать на своем раскрученном имени».

Подготовила Наталья КОМИССАРОВА

Журнал "Дальневосточный капитал", ноябрь, 2018 год.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Региональный сепаратизм готов ударить по Порошенко Майли Сайрус тайно вышла замуж Зеленский подписал закон о поддержке кинопроизводства Украины В Токио два самолета столкнулись в аэропорту Всё или ничего: Зачем Порошенко меняет Запад на Турцию

Лента публикаций